Борьба церковных и светских властей против строительства часовен в Царской России

  Строительство любых зданий — затратное дело.  В Украине например часто применяется для строительства зданий  битумная черепица — вот ссылка. Тем более затратно строительтсво храмов.  Русские крестьяне, устраиваясь на постоянное жительство в глухих лесах Карелии, обязательно строили на самом заметном, красном месте, часовню, реже храм.

«Судьба часовен в Олонецкой епархии и в России была принципиально иной. Во-первых, в конце XVII в. православные часовни России обрели устойчивую связь со старообрядческим движением, превратились в один из наиболее значимых символов идеологии беспоповства. Старообрядцы Карелии не исключение: построенные ими часовни оставались в XVIII в. единственной разновидностью храмов, признаваемой сторонниками «древлего благочестия». Во-вторых, в глазах представителей власти часовни ассоциировались с нежелательной приходской автономией, а совершаемые в них обряды менее всего поддавались церковному контролю». Предоставленные сами себе люди, могли отклониться от канонов православной веры, или практиковать элементы древних языческих обрядов.

«Оба эти мотива предопределили исключительно сложное, по большей части отрицательное отношение духовной и светской власти к часовням и связанной с ними обрядностью».


Часовня Успения Богородицы, деревня Васильево. Конец XVII — начало XVIII

B 1722 г. Синод принял указ о «paзoбpaнии всех существующих часовен и нестроении впредь новых». Однако строгость принимаемых властями законов, в России всегда компенсируется необязательностью их исполнения.

«B 1734 г. произошел возврат к петровскому законодательству. Синод распорядился не строить новых часовен на месте старых, а имевшиеся оставить в прежнем состоянии, надеясь на их естественное разрушение. Такое компромиссное решение оставалось в силе в течение всего XVIII в.»

«B 1831 г. произошел ощутимый переворот в отношении Синода к строительству часовен». Архиерей Олонецкой епархии собрал подробные сведения об имеющихся в епархии часовнях и привел их подробную классификацию. По его мнению, часовни в епархии построены в связи с различными обстоятельствами:

  1.  По случаю каких-либо особенных событий в селениях: скотского падежа, неурожая хлеба и прочее.
  2.  В связи с обнаружением чудотворных икон.
  3.  Связанных с погребальной обрядностью: «некоторые
    выстроены близ селений в местах, где издавна погребают тела усопших».
  4.  Часовни, которые «находятся в самих селениях и выстроены для богомоления по весьма значительной отдаленности от приходских церквей». «И, наконец, епархиальный преосвященный отмечал существование таких часовен, которые появились без какой-либо очевидной причины («кои по существованию своему не имеют ни одной причины из вышеописанных»).

«Архиерей предлагал дифференцировать ограничительные меры в отношении часовен. Нельзя, полагал владыка, оставлять часовни «без починки», ожидая их разрушения, поскольку может пострадать «весьма значительное» часовенное имущество. Некоторые часовни архиерей предлагал перестроить в церкви «для того, чтобы церкви были чаще».

Часовня Знамения Богородицы в д. Корба. 2-я половина XVIII века

«B XVIII в. строить часовни разрешалось в тех местах, жители которых не могли регулярно посещать церковь. Так, в приказе поповского старосты Лопских погостов, адресованном в 1766 г. священнику Федору Kocминy, «накрепко запрещалось» служить в часовнях, расположенных в Tyнгyдcкoм стану и в Машезере. B то же время часовни в Березове Наволоке и в Кевять-озере поповский староста разрешал посещать, поскольку эти населенные пункты «от приходской нашей церкви имеются в дальней росстаянии и роспутою».

«Репрессивные меры в отношении содержателей часовен использовались крайне редко. Как правило, в течение XVIII–XIX вв. разрушались те часовни, которые приобретали в глазах противников господствующей церкви особое, выдающееся значение. Если духовным властям становилось известно о существовании скрываемых от глаз начальства часовен, служащих местом сбора «раскольнических сонмов», то принимались решительные меры».

«Одно из последних дел такого рода датировано 1900 г. Каргопольский уездный исправник доносил об успешном выполнении важного дела. Ему удалось обнаружить в глухом лесу деревянную «избушку, именуемую Шежемской раскольнической часовней», которую регулярно посещали местные старообрядцы. «Избушку» разрушили, «лесной материал» уничтожили, обнаруженные иконы отправили в консисторию».

Количество часовен в Олонецкой епархии:
«Наибольшее количество – 350 часовен – располагалось в Петрозаводском уезде. За ним в порядке убывания следовали Bытeгopcкий (271 часовня), Каргопольский (267), Пудожский (224), Лодейнопольский (212), Олонецкий (192), Повенецкий (170).
Общее количество часовен в епархии к 1910 г. составило 1727, т.е. приблизительно по три часовни на каждую приходскую церковь».

Из этого огромного количества часовен, лишь едины пережили XX век и стали музейными экспонатами музея-заповедника «Кижи».

Часовня Параскевы Пятницы и Варлаама Хутынского в д. Подъельники. Конец XVIII — начало XIX в.

Текст написан 13vainamoinen по материалам книги:
Пулькин М.В. Православный приход и власть в середине XVIII – начале XX в. (по материалам Олонецкой епархии). Петрозаводск: Карельский научный центр РАН. Институт языка, литературы и истории. 2009 г.

1,812 просмотров всего, 1 просмотров сегодня

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *